IB Literature Language A. Time and space или как продать дьяволу "Мёртвые души"

Область исследования «Время и пространство» в курсе литературы IB посвящена тому, как тексты формируются под влиянием исторического, культурного и географического контекста — и как всё это влияет на наше понимание произведения.

Проще говоря: литература не появляется в вакууме. Даже если автор выглядит как загадочный гений, внезапно снизошедший на человечество, он всё равно остаётся человеком — человеком своего времени.

Писатели соглашаются с тенденциями своей эпохи или спорят с ними — в зависимости от собственной перспективы. Но в любом случае созданию серьёзного литературного произведения всегда предшествует глубокое осмысление современной автору жизни. Речь, разумеется, идёт о литературе, которая переживает столетия, а не о книгах-однодневках, прочитанных за вечер между TikTok и доставкой пиццы.

Даже когда автор пишет о далёком прошлом, он всё равно неизбежно проецирует на него взгляды своей эпохи. И точно так же «пространство» и «время» читателя влияют на интерпретацию текста. Однако использовать для анализа произведения исключительно опыт современной жизни — крайне ненадёжный метод. Он позволяет понять идеи автора максимум наполовину, а на экзаменах IB Literature дополнительных баллов точно не принесёт. Более того, иногда приводит к довольно курьёзным ситуациям.

Наверное, самый анекдотический, но далеко не единственный пример — мисинтерпретация романа Николая Гоголя “Мёртвые души” одной моей студенткой, изучающей самостоятельную версию курса IB Russian Language A в одной из стран Европейского Союза.

Начну с цитаты из “Мёртвых душ”:

“И в самом деле, Манилов наконец услышал такие странные и необыкновенные вещи, каких еще никогда не слыхали человеческие уши.

— Вы спрашиваете, для каких причин? причины вот какие: я хотел бы купить крестьян... — сказал Чичиков, заикнулся и не кончил речи.

— Но позвольте спросить вас, — сказал Манилов, — как желаете вы купить крестьян: с землею или просто на вывод, то есть без земли?

— Нет, я не то чтобы совершенно крестьян, — сказал Чичиков, — я желаю иметь мертвых...

— Как-с? извините... я несколько туг на ухо, мне послышалось престранное слово...

— Я полагаю приобресть мертвых, которые, впрочем, значились бы по ревизии как живые, — сказал Чичиков.

Манилов выронил тут же чубук с трубкою на пол и как разинул рот, так и остался с разинутым ртом в продолжение нескольких минут. <…>

— Итак, я бы желал знать, можете ли вы мне таковых, не живых в действительности, но живых относительно законной формы, передать, уступить или как вам заблагорассудится лучше?

Но Манилов так сконфузился и смешался, что только смотрел на него.

— Мне кажется, вы затрудняетесь?.. — заметил Чичиков.

— Я?.. нет, я не то, — сказал Манилов, — но я не могу постичь... извините... я, конечно, не мог получить такого блестящего образования, какое, так сказать, видно во всяком вашем движении; не имею высокого искусства выражаться... Может быть, здесь... в этом, вами сейчас выраженном изъяснении... скрыто другое... Может быть, вы изволили выразиться так для красоты слога?

— Нет, — подхватил Чичиков, — нет, я разумею предмет таков как есть, то есть те души, которые, точно, уже умерли.”

Так вот, студентка эта, между прочим, девушка умная и любознательная, искренне интересующаяся гуманитарными предметами. Но современная европейская школа учит делать выводы иногда на основе минимальной информации. О творчестве Гоголя девушка кое-что знала, например, что писатель создавал произведения с фантастическими элементами. Поэтому решила, что покупка «мёртвых душ» — часть какого-то дьявольского заговора. И поскольку Николай Васильевич Гоголь подробно объясняет цель своего героя Чичикова только в одиннадцатой главе первого тома, студентка не выдержала блуждания в потёмках и бросила это чтиво.

Хотя, казалось бы, чего проще: открыть Интернет и спросить: «Для чего Чичиков покупал мёртвые души?» Искусственный интеллект выдаёт вполне понятное объяснение. Цитирую:

Павел Чичиков покупал «мертвые души» (умерших крепостных, числящихся живыми по документам) для масштабной аферы с целью быстрого обогащения. Суть аферы Чичикова:

· Экономическая выгода: Помещики платили налоги за умерших крестьян до следующей ревизии (переписи). Чичиков предлагал избавить их от этого бремени, скупая «мертвые души».

· Банковская махинация: В XIX веке существовала практика: помещик мог заложить своих крестьян в Опекунский совет и получить 200 рублей за каждую «душу». Чичиков собирался оформить бумаги, будто он приобрел сотни живых крестьян, и получить за них реальные деньги.

· Использование пробелов в законе: Чичиков скупал только мужские души, так как они числились в «ревизских сказках» (списках), и планировал показать, что крестьяне переселяются на Херсонскую губернию, где земля была дешевой и требовала заселения.

Целью Чичикова было накопление капитала для достижения высокого материального статуса, что подчеркивает его образ как предпринимателя зарождавшейся в России новой, буржуазной эпохи.

… и безо всякой чертовщины.

Другой пример, регулярно ставящий моих студентов в тупик, — стихотворение В. Александрова “Душа, кричи громче” (Past Paper 1, 2015). Процитируем третью и четвёртую строфы:

Мы подняли смерч крылатый,

Взрыли поля чугуном;

Мы требуем полной платы

За столетья, убитые сном.

Мы временно смерть призвали

Гниющее прошлое сжечь…

Наш меч и руки — из стали,

Земля — пепелящая печь.

О чём это стихотворение? Какова идея автора?

Ответы русскоязычных студентов, обучающихся в европейских странах, обычно представляют собой попытку «выкрутиться» с помощью общих фраз, то есть, как говорится, «налить воды» там, где отсутствует глубокое понимание. После пробных экзаменов многие честно в этом и признаются. И, честно говоря, за годы практики исключений я почти не встречала. А между тем дата написания стихотворения всегда указана в экзаменационных материалах. В данном случае — 1919 год. То есть всего через два года после Октябрьской революции 1917 года.

Тут же на ум приходит ассоциация с гимном коммунистической партии под названием "Интернационал":

Вставай проклятьем заклейменный,

Весь мир голодных и рабов ! 

Кипит наш разум возмущённый 

И в смертный бой вести готов. 

Весь мир насилья мы разрушим 

До основанья , а затем 

Мы наш мы новый мир построим, 

Кто был никем тот станет всем! (ссылка на полный текст)

То есть лирический герой поэта Александрова из past paper разделяет взгляды большевиков и сам участвует в их борьбе за новый миропорядок. Остальное уже детали. Как говорится, из песни слова не выкинешь, и из истории не выкинешь события.

После нескольких наводящих вопросов обычно становится ясно: многие русскоязычные студенты, обучающиеся за пределами России, особенно никогда в России не жившие, просто не знают, что произошло в 1917 году.

Ремарка для родителей: это не преувеличение и не шутка. Попробуйте однажды спросить своих детей о ключевых событиях мировой истории. Результаты могут вас, мягко говоря, удивить. Так, о Французской революции большинство тоже имеет весьма смутное представление.

Другими словами, молодые, почти взрослые люди не знают о событиях в пределах пятисот лет, которые во многом определили развитие современной цивилизации. Случайность? Вряд ли. Интерес к всемирной истории сегодня далеко не всегда активно поощряется в западной образовательной модели. И у этого подхода существует собственная философская база. Один из её ключевых представителей — Карл Поппер.

Критика историзма — одна из центральных идей философии Карла Поппера (1902–1994), особенно в его книгах «Нищета историцизма» (1957) и «Открытое общество и его враги» (1945). Под историзмом подразумевается убеждение, что у истории есть объективные законы развития, что общество движется по неизбежному сценарию и что, следовательно, можно предсказать будущее человечества. Поппер связывал такие идеи с философией Георга Гегеля и Карла Маркса.

Карл Поппер выступал против идеи, что историю можно предсказывать по «законам», так как социальные процессы слишком сложны и зависят от множества факторов. Он считал, что вера в предопределённость истории подавляет критику и свободу и может оправдывать диктатуры: мол, «так должно быть по законам истории». Особенно Поппер критиковал тоталитарные интерпретации марксизма. В качестве альтернативы он предлагает идею открытого общества, которое не верит в историческую неизбежность, «законы истории» и предопределённое будущее. В таком обществе люди сами несут ответственность за его устройство.

На первый взгляд идея выглядит вполне привлекательной. Но, как и многие изначально замечательные идеи — включая коммунизм, — она подверглась весьма своеобразным интерпретациям, вплоть до превращение в свою собственную противоположность. Из философии Поппера некоторые сделали следующий вывод: если универсальных законов истории не существует, то и изучать её вроде бы не так уж необходимо. Поэтому история во многих странах постепенно перестала быть обязательным предметом на старших этапах школьного образования.

Вы спросите: при чём здесь философия открытого общества?

Дело в том, что Поппер был любимым университетским преподавателем Джорджа Сороса — мультимиллиардера и основателя благотворительной организации «Открытое общество». Эта организация:

· выдаёт гранты НКО, журналистам, исследователям и активистам;

· финансирует образовательные и правозащитные проекты;

· участвует в общественных кампаниях и юридической защите;

· поддерживает исследовательские центры и университеты;

· инвестирует в социальные инициативы.

Другими словами, «Открытое общество» активно влияет на общественную и образовательную повестку во многих странах, в частности, оно является вдохновителем и, согласно некоторым источникам, даже спонсором практически всех цветных революций в последние несколько десятилетий.

Напомним, что сам господин Сорос получил экономико-философское образование в London School of Economics, а его сын Александр, принявший в свои руки финансовую и так называемую филантропическую империю из рук престарелого отца, имеет докторскую степень (PhD) по истории в University of California, Berkeley. И это сильные мира сего. Можете и дальше продолжать верить, что техническая и финансовая грамотность в сочетании с гуманитарным невежеством — действительно надёжный путь к общественному Олимпу.

И здесь возникает интересный вопрос: если история действительно не даёт полезных ответов и ничему не учит, зачем же было Александру Соросу, сыну поклонника Карла Поппера, тратить годы на её глубокое изучение? Вопрос, разумеется, риторический.

История всё-таки даёт ответы. Возможно, не совсем по схемам Маркса или Гегеля, но повторяемость человеческого поведения и общественных процессов отрицать трудно. Конечно, это если изучать историю последовательно, а не фрагментами. О своих соображениях по этому поводу расскажу отдельно. А пока — немного статистики.

После образовательных реформ конца 1980-х годов в Великобритании (заметим, что это как раз период начала распада СССР) история фактически перестала быть обязательным предметом для всех школьников после 14 лет — именно в том возрасте, когда начинает активно развиваться критическое мышление. Странно. не правда ли? На этапе GCSE (14–16 лет) история стала предметом по выбору. Поскольку дисциплина считается сложной, выбирают её сравнительно немногие ученики.

В 2024 году История составляла около 9,8% всех GCSE entries по гуманитарным и социальным предметам и 5,57% всех A-level entries в Англии, Уэльсе и Северной Ирландии. То есть британские школьники после 14 лет практически перестают постигать секреты прошлого, вследствие чего абсолютное большинство населения Великобритании просто-напросто не знает истории.

К странам, где история также нередко перестаёт быть обязательной до окончания старшей школы, относятся:

· Германия — в старших классах многое зависит от федеральной земли и профиля; история часто становится предметом по выбору.

· Нидерланды — история обязательна только на части образовательных траекторий.

· Швеция — базовый курс истории обязателен не для всех направлений старшей школы.

· Норвегия — история интегрируется в social studies и может не изучаться отдельно.

· Дания — после обязательной школы история зависит от гимназического направления.

· Финляндия — часть исторических курсов обязательна, но полный курс выбирают не все.

· Ирландия — History в Leaving Certificate является предметом по выбору.

· Польша — после базового уровня история может стать факультативной.

· Чехия — история обязательна не на всех финальных этапах среднего образования.

· Швейцария — многое зависит от кантона и типа школы.

Таким образим, с конца XX века многие северо- и западноевропейские системы перешли от «полной национальной хроники» к тематическому изучению отдельных эпох, проблем и кейсов, что в результате отнимает у студентов возможность замечать цикличность и повторяемость событий в жизни общества, а следовательно, оценивать и современные события с точки зрения данной цикличности. Например, изучив мировую историю в хронологическом порядке, понимаешь, что ни одна революция не улучшила жизни тех, чьими руками она совершалась. От всякой революции всегда выигрывала исключительно небольшая кучка её организаторов, а вовсе не те, кто размахивали флагами на баррикадах. Логично предположить, что и любая революция в будущем приведёт, с наибольшей вероятностью, к аналогичному результату. Кстати, сам Поппер не верил в революции, а верил в реформы, так что почитатели подошли к его идеям довольно креативно...

И это не пророчество, а обычная работа с историческим опытом. Ведь взрослый человек не станет засовывать руку в электрическую розетку, просто потому, что знает: подобные эксперименты уже плохо заканчивались. Знание истории полезно не для создания пророческих предсказаний, а просто для того, чтобы не наступать на одни и те же грабли. Возможно, также стоит задаться вопросом, кому выгодно, чтобы общество (то есть вы) продоллжали на них наступать. Можето быть, это выгодно как раз тому, кто хорошо знает предмет и сам не пожалел времени на написание целой докторской диссертации по новейшей истории?

И ведь главное, целью фрагментарного изучения истории обычно объявляется развитие критического мышления!

Вот здесь и возникает определённый парадокс. Ведь для полноценной критики необходима именно широкая картина мира, а не набор случайных фрагментов. Иначе легко попасть в ловушку поверхностных выводов, эффекта Даннинга — Крюгера или, например, впросак на экзамене по литературе.

«Что же делать?» — спросите вы.

К счастью, сегодня пробелы в знании любого гуманитарного предмета можно восполнить самостоятельно: с помощью книг, лекций, архивов, документальных фильмов и даже обычного поиска в Интернете.

Главное — знать, что именно искать. В этом вполне поможет обычный школьный учебник всемирной истории, например, белорусский, в котором события изложены в хронологическом порядке.

А если пожелаете копнуть поглуюже, то Google вам в помощь.